10 июля на сцене Музыкального театра в Минске состоялась премьера балета «Соловей» на музыку Игоря Стравинского в хореографии Сергея Микеля и художественном оформлении Любови Сидельниковой. Спектакль сразу стал событием – не только театральным (это один из наиболее редко ставящихся балетов в мире!), но и эстетическим – настолько красивым и изысканным получился «Соловей»!
СТАРАЯ СКАЗКА
Балет «Соловей» — один из немногих спектаклей, что вышел из сказки, прошел путь от литературного произведения к опере и симфонической поэме «Песнь соловья», а в итоге получил хореографический язык и превратился в балет. Игорь Стравинский начал работу над оперой по сказке «Соловей» Ганса Христиана Андерсена в 1908 году, приняв заказ на постановку от Сергея Дягилева. Премьера оперы состоялась в 1914 году, а уже шесть лет спустя, в 1920 году эта музыка получила новую, балетную жизнь: танцовщик и хореограф «Русских сезонов» Леонид Мясин поставил балет «Песнь соловья», декорации и костюмы для которого создал известный французский художник Анри Матисс.
В 1925 году хореограф Джордж Баланчин предложил новую редакцию балета, придав его хореографии более современную сценическую динамику. «Соловей» ненадолго закрепился как редкое, изысканное название в балетном репертуаре, соединив сказку, модернистскую музыку и хореографию.
СОЛОВЬИНАЯ ПЕСНЯ
Для минской версии балета «Соловей» особенно важен его исторический контекст. Во-первых, именно «Соловей» назывался первый национальный белорусский балет, поставленный в 1940 году (хотя сюжет его никоим образом не связан с нынешней постановкой). Еще и потому, что родословная композитора Игоря Стравинского ведет на белорусские земли: его отец, Федор Стравинский, оперный певец и солист Мариинского театра, был родом из Речицкого уезда Могилевской области. И этот балет – своеобразное возвращение творения всемирно известного композитора на сцену исторической родины его отца. В хореографическом плане «Соловей» так же воспринимается как продолжение большой балетной истории, начавшейся в Париже сто лет назад и заново прочитанной на минской театральной сцене ХХI века.
За это время не только хореографический язык изменился – в самом сюжете сказки появились новые смыслы и трактовки. Для автора либретто и хореографа Сергея Микеля постановка этого спектакля с самого начала была не просто «сюжетом про птицу», а художественным размышлением о выборе между живым голосом и искусными технологиями. Такие смыслы закладывал в сказку и сам Андерсен. «На фоне всеобщей индустриализации, которая наступала в XIX веке, и технического прогресса, который всё больше отвоевывал себе пространство, Андерсен был увлечен творчеством оперной певицы Енни Линд, которую называли «шведским соловьем», – рассказал предысторию сюжета Сергей Микель – На контрасте с наступающими железными машинами, дорогами и паровозами он написал эту сказку о противостоянии живого неподдельного искусства и механизма. Это актуально сегодня и для нас».
Постановочная группа не скрывает, что был, конечно, соблазн использовать при создании балета те самые технологии, что сегодня могут взять на себя не только рутину творческого процесса, но и часть фантазийных решений. Но как сможет убедиться зритель этого спектакля, живое и настоящее во всем побеждает в нем искусственное и механическое.
Возрастной ценз новой простановки на сцене Музыкального театра 6+, поскольку, как и сказка Андерсена, сюжет этого спектакля будет интересен и понятен как взрослым, так и детям. Особенно сейчас, когда наше время дает новые соблазны отказа от несовершенного настоящего в пользу идеального искусственного. Это рассказанная языком танца поучительная история о том, почему живое всегда уязвимее механического, но именно поэтому — бесконечно ценнее.
ВДОХНОВЛЯЯСЬ ФАРФОРОМ
«Удивительно, как сказка Андерсена о живом, неподдельном искусстве стала актуальна через столько лет после ее написания, пусть и немного в другом формате, ведь сегодня проблема искусственного интеллекта одна из самых актуальных, – говорит художник-постановщик балета Любовь Сидельникова.
Начиная с первой постановки, балет «Соловей» был вызовом не только для хореографа, но и художника. Анри Матисс вспоминал работу над оформлением этого балета как один из самых больших вызовов для себя как творца.
Художник Любовь Сидельникова – мэтр белорусской театральной сцены, признается: «Когда я работаю над спектаклем, то для меня основой является сама музыка, потому что она диктует все: не только сюжет, но и стилистику, особенно цвет. В этой постановке у меня костюмы достаточно ярких цветов. Малиновые, синие цвета соответствуют насыщенной музыке Стравинского. Все также вдохновлено китайской культурой, особенно меня вдохновлял китайский фарфор». Интересно, что при создании костюмов художник вдохновлялась рисунками на китайских фарфоровых вазах. Старинные узоры перешли с древних артефактов на костюм Императора в современном балете на сцене минского театра, сделав его ослепительным и изысканным.
ПОВИНУЯСЬ СТРАВИНСКОМУ
«Над постановкой балета мы работали три месяца, но, честно говоря, маловато времени для такого материала. Кажется, будто бы история несложная, но, наверное, в этой простоте есть вызов», – признается автор либретто и хореограф-постановщик балета «Соловей» Сергей Микель.
Отдельной сложностью была сама музыка. Музыка Стравинского крайне сложна для перевода на хореографический язык: неровная, резкая, меняющая темп и ритм. К тому же изначально партитура создавалась для оперного исполнения, а не балета. Но надо отдать должное хореографу-постановщику, который, словно абстрагировавшись от этих эпитетов, создал балет очень мягкий и мелодичный, который словно бы обволакивает резкое звучание музыки Стравинского, сглаживая ее острые углы.
Микель признался, что, когда исходной музыки из симфонической поэмы оказалось недостаточно для балета, в спектакль включены были фрагменты из «Жар-птицы», «Пульчинеллы», «Сюиты №2 для маленького оркестра» и «Скерцо» Стравинского. Это решение помогло расширить музыкальную драматургию и придать спектаклю большую плотность, поскольку балет получился густонаселённым и по персонажам, и по сценам.
Для театра это было принципиально: не просто пересказать сказку, а создать полноценный сценический мир, где у каждого героя есть свой пластический и музыкальный рисунок. Населяя свой балет персонажами, Сергей Микель каждому давал особый хореографический язык: для живого и фарфорового Соловья, морских рыбок и лесных птиц — пальцевая техника, для Смерти и ее свиты — современная хореография, а для Императора и служителей при его дворе — совершенно отдельная пластика.
В постановке Сергея Микеля балет «Соловей» сочетает дягилевскую балетную традицию, музыкальное наследие Игоря Стравинского, визуальную эстетику Востока и современное хореографическое мышление. А потому воспринимается не как музейное воссоздание классики, а самостоятельное художественное высказывание.
Следующий показ балета «Соловей» на сцене Музыкального театра – 22 июля. И мы очень советуем не пропустить эту красивую и глубокую по смыслам премьеру минской балетной сцены.
Текст: Марья Сергеева Фото: Сергей Назаренко
