— В маленьком возрасте я не понимала, почему все папы куда-то идут утром: на работу, по делам, а мой папа целый день сидел на лавочке — вспоминает Елена Абабурко. Отец Елены полностью потерял зрение, когда ей было четыре года. Все детство и юность ее разрывали противоречивые чувства: стыд, переживания за маму и безмерная любовь к папе, желание ему помочь. Елена исцелилась, когда стала психологом и начала помогать другим. Она поняла, как много, несмотря на все трудности и обстоятельства, дал ей папа.
Я выросла в семье, где отец был инвалидом
Молодость моего папы начиналось бурно, он был геологом, облетел весь Советскии союз, но когда случилась авария на чернобыльской АЭС, он добровольцем вызвался поехать на помощь. Так он потерял зрение в 30 лет. Мой отец стал полностью незрячим, когда мне было всего лишь четыре года. И я не знаю, и не помню его зрячим.
В маленьком возрасте я не понимала, почему мой папа такой, почему все папы куда-то идут утром: на работу, по делам, а мой папа целый день сидел на лавочке. Конечно же, я переживала и видела как тяжело было маме: ей нужно было одной поднимать двоих девочек и заботиться о муже, нужно было ходить на работу и в тяжелые 90-е годы справляться с трудностями, прокормить, одеть детей. Было время, когда я не чувствовала безопасность, я думала, что если со мной случатся какие-то трудности, за меня некому будет заступиться, потому что папа сам слабый. Было время, когда я стыдилась того, что мой отец инвалид, и потом винила себя, испытывала колоссальное чувство вины за свой стыд.
Но самое тяжелое было то, что я так любила его и ничем не могла помочь ему… Все мои детские годы были пропитаны этой болью. В нашей семье все было подстроено под папины возможности: самое важное было видеть в нём обычного человека. Всё что он мог делать сам, он делал сам до последнего, там где требовалась помощь, мы помогали. Для папы было важно ощущение своей значимости и полезности, что он не обуза, и что он продолжает быть тем взрослым, который несет ответственность за семью. Для него было очень важно, когда мы обращались к нему за помощью, за советом, за мнением.
«Папа боготворил меня, и я это считывала»
Когда я стала взрослой, я строила свою жизнь так, чтобы во всех событиях принимал участие мой отец. Сначала я закончила колледж, дальше университет, сдала на права и так далее — все это были события не только моей жизни, но и ради отца. Мы созванивались с ним и я рассказывала как проходили зачёты, как я сдала первый раз вождение… Мне хотелось наполнять и свою жизнь и его жизнь событиями, чтобы он чувствовал что он живёт. Мне постоянно хотелось внести в папину жизнь радостные краски.
В жизни людей с инвалидностью, к сожалению, совсем не остается выбора, и им нужно давать выбирать. Поэтому мы вместе с ним выбирали многое в моей жизни: от учебных заведений, до зимних сапог и какого цвета платье мне купить. Нет, нет это не зависимость, это про то чтобы наполнить папину жизнь событиями.
И это помогло сформировать мне внутреннюю опору.
Если я в чем-то сомневалась или боялась за что-то браться, папа всегда говорил «Ты справишься», что трудности — это рост. И я перестала сомневаться в себе
Я очень любила своего отца. Можно ухаживать за человеком с инвалидностью из чувства долга или страха, что другие могут осудить, или из желания выглядеть героем. Ухаживать за инвалидом без любви — это как срок отбывать, как наказание. Наказание всегда утяжеляет ношу, а любовь облегчает. Но только любовь позволяет проживать настоящую жизнь, пусть с трудностями, но всё-таки с любовью.
А как отец любил меня… Папа воспринимал меня как самое совершенное создание, боготворил меня, считал самой лучшей, восхищался мной, и я это считывала. От своего отца я получила все, что только можно получить: любовь, поддержку, заботу, восхищение.
Для дочки папина любовь — это чувство безопасности, опоры во всем, оценка своей значимости, привлекательности и уверенности в себе. При нехватке отцовской любви в детстве, девочка не научится понимать, что она достойна самого лучшего, ей кажется, что она недостаточно хороша, поэтому папа ее не любит. Ей нужно постоянное подтверждение своей привлекательности, чтобы чувствовать себя уверенно. В таких случаях девушка может вступать в многочисленные неразборчивые связи с мужчинами, которые проявляют к ней внимание. Она ищет любви у всех, кто скажет ей доброе слово. Также среди женщин, не получивших в полной мере отцовскую любовь, есть такие, которые сознательно уходят от семейных отношений. Они строят карьеру, осознанно не общаются с мужчинами.
А девочка, которую любит отец, осознает, что она привлекательна для противоположного пола и может быть любима безусловно, принимая себя полностью со всеми несовершенствами.
Помогая другим, я исцелилась сама
Я прошла терапию с психологом и проработала свою боль. Но только когда я сама начала проводить терапию с клиентами я полностью излечилась. Помогая другим, я исцелилась сама.
Истории и детство многих моих клиентов были очень сложными. У кого-то отец был тиран, у кого-то ушел из семьи и больше не захотел видеть ребенка, есть случаи, когда отец приставал к дочери-подростку…
Эти дети жили в страхе, без любви, без принятия, хоть у них были физически здоровые отцы. А я? Я жила в любви, заботе… Я была окутана любовью
От своих родителей я получила все, что они могли дать. И приняла то, что папина болезнь была дана нашей семье для чего-то. И я, и сестра и мама вынесли что-то свое с этого. Но главное, что мы поняли — что именно у таких людей как папа и нужно учиться силе духа, чтобы они делились своей мудростью. Учиться так любить жизнь, каждое ее мгновение. Я не видела ещё ни одного человека, который вот так любил жизнь, как любил он. Он был весельчаком, душой нашей семьи.
Моего папы уже нет 13 лет, но он всегда со мной: в каждом моем решении, в любви к мужу, в целях, в выборе. А главное — в любви к жизни и эмпатии к людям.
Текст: Елена Абабурко, Фото: архив героини, pexels.com
