АЛФАВИТ ИЛЗЕ ЛИЕПА

Илзе Лиепа – балерина, актриса кино, телеведущая, заслуженная и народная артистка России. Начиная с 2001 года она совместно с Марией Субботовской основала несколько балетных школ-студий, в которые приходят дети уже с полутора лет. Она создала и Благотворительный фонд Илзе Лиепа, способствующий развитию хореографического искусства. О других достижениях и личных предпочтениях Илзе Лиепа рассказала в нашем «Алфавите».

liepa5 copy

Драма

В балете меня больше всего привлекает драматическая линия. Я это не сразу осознала, хотя могла бы понять и раньше, – еще в предвыпускном классе я попала в новую постановку хореографа Вакиля Усманова на музыку Альбениса, где участвовали три мальчика и одна девочка. Мальчики были уже выпускниками. А когда танцуешь с выпускниками, всегда очень волнительно. Это был совершенно недетский номер. Мы играли о любви и смерти, происходила борьба за внимание героини, и все заканчивалось гибелью мальчика. Там же было мое первое любовное адажио. Мне всегда очень нравилось играть любовь. Может быть, поэтому меня привлекает также и драматический театр.

Илзе

Я расскажу историю своего имени. Мама снималась на Рижской киностудии в фильме «Илзе». Уже улетала из Риги в Москву и, собственно говоря, у трапа самолета она увидела моего отца… Отец уж постарался, чтобы оказаться рядом с мамой. С этого у них все началось. Так появилось мое имя.

Квартира

Квартира наших родителей – это дом, который они создавали вместе, наполненный их мыслями, их духом, где много красивых вещей. Эта квартира раньше принадлежала знаменитой балерине Екатерине Васильевне Гельцер – звезде еще императорского театра. Дом, в котором она находится, построен знаменитым архитектором Алексеем Викторовичем Щусевым, который спроектировал Мавзолей.

Квартира для нас с Андрисом всегда была больше, чем местом жизни. Она очень творческая. Я знаю, что за столом в комнате, которую мы называем большой, родилось очень много необыкновенных проектов. Там мы с Рустамом Хамдамовым придумывали образ и костюмы к спектаклю «Федра». И там же много над своими идеями работал Андрис.

У нас никогда не было отношения к квартире как к ценности. Не было мысли делить ее между собой. Мы относимся к ней так, как бы хотел наш отец. Это энергетический центр нашей жизни.

07iht-ida07-inline-superJumbo copy

Лиепа

Фамилия и принадлежность к семье, которая досталась нам с Андрисом с детства и которая была для нас, с одной стороны, ответственностью – отец всегда говорил: «Помните, что вы – дети Лиепы. И то, что простится кому-то, не простится вам». Было очень непросто начинать с этой фамилией. Но, с другой стороны, именно она открывала перед нами двери, дружеские связи отца переходили к нам. Получилось так: если люди не любили нашего отца, они нехорошо относились и к нам, но если любили его – таких тоже было много, – то этой любовью мы также пользовались.

Семья со стороны отца была состоятельной – буржуа. В их собственности было несколько домов в Риге, но к нашему сознательному возрасту остался один дом с садом, где наш дедушка выращивал цветы: розы и лилии. Розы – потому что бабушка их любила, а лилии – потому что ее звали Лилия. Они были сентиментальными театральными людьми. Однажды меня пригласили в Риге на телевизионную передачу, где собрали целую студию людей с фамилией Лиепа. Это было очень забавно! (Улыбается.) Живя в Москве, я всегда была одна Илзе и одна Лиепа. А когда приезжаешь в Ригу, там столько девочек с именем Илзе!

Мама

Пока у нас жива мама, мы еще дети. Я восхищаюсь мамой. Когда говоришь про 82 года, кажется, что это старушка. Но маму никак нельзя назвать старушкой, потому что она по-прежнему красивая и обладает сильнейшей энергетикой. Мама многим пожертвовала ради семьи, в том числе карьерой. Но она действительно была тем стержнем, на котором держалась наша семья, не только потому, что занималась нашим воспитанием, но еще и потому, что она была и мамой нашему отцу тоже.

И когда они расстались, отец потерял почву под ногами, потому что ему нужен был стержень, позволявший ему оставаться в чем-то ребенком, в чем-то зависимым. При всей своей внешней мощи и мужественности он не был полностью ответственным за себя. Он был человеком ведомым по жизни.

Поездки

Резинки для занятий, маленький мячик, который сдувается и практически не занимает места, – такой мини-стадиончик – то, что всегда есть в моем багаже. Раньше я брала с собой еще коврик, но теперь и без него обхожусь – он занимает много места. Я так много езжу, что для меня вопрос сбора чемодана очень утомителен.

Я никогда не любила пляжный отдых, не понимала, как это – лечь и лежать изо дня в день?! С появлением дочери Нади мое отношение к этому меняется. Сейчас, когда приезжаешь куда-то отдыхать с ребенком, осознаешь, что без пляжа не обойдется. Потому что ребенок хочет бултыхаться в море каждый день. И это не надоедает. Просто нужно находить пути, чтобы это было интересно и тебе.

ilze-liepa-as-cleopatra-ida-rubinstein copy

Сказки

Сказки мне, видимо, Господь дал как удивительное замещение творчества. «Театральные сказки» излились просто как дождь и прекратились. Посыл был достаточно банальный, тогда выпускалась газета нашей балетной школы и редактор попросила меня к Рождеству написать сказку. Это было совершенно удивительно: «Как сказку?.. Я – сказку?..»

Мне было непонятно, как можно написать сказку. Но вдруг, совершенно неожиданно для себя, я взяла лист бумаги, ручку и написала первую фразу: «Жили-были балетные туфельки…» Это был какой-то поток. Потом поняла, что могу работать над сказками, лишь находясь в очень гармоничном внутреннем состоянии. Поскольку мне это очень нравилось, когда все дела дня заканчивались, вечером я присаживалась писать. И начинали оживать образы…

Совершенно не ожидала и не шла к тому, чтобы сказки стали книгой. Эта идея возникла у моего директора, моей подруги, когда я стала ей отсылать сказки, просто чтобы она почитала. И она сказала: «Давай тогда пиши еще, чтобы уже книга получилась». Это меня, конечно, немного стимулировало. Она была первым читателем моих работ. И когда одна из сказок закончилась грустно, подруга сказала: «Нет, такого не может быть в сказке, думай про другой финал».

Мои сказки – это моя любовь к Большому театру. Тому театру, который я знала с 5 лет, когда в первый раз села на высокий стульчик и меня стали готовить к роли сына Чио-Чио-сан в опере «Мадам Баттерфляй». Для меня театр – это запахи гримировального цеха и костюмерной, отсвет коридоров, пространство под сценой, где раньше можно было проходить и видеть все сценические механизмы. Поэтому в сказках ожил о живет тот театр, который я знала, любила и люблю до сих пор.

Танец

Это возможность быть самой собой, раскрываться в том материале, которым ты сейчас живешь, – не нужно делать то, к чему вынуждают обстоятельства. Моя жизнь сложилась очень счастливо, потому что танец всегда давал возможность самовыражаться. Быть исполнителем некой идеи – похоже на исповедь: раскрывается много моментов, которые тебе очень дороги.

Записала Юлия Волчок

Фото из личного архива

Алфавит Владимира Козлова

Алфавит Дяди Вани

Алфавит Лары Фабиан 

Алфавит Кирилла Шимко

Алфавит Алексея Ягудина

Алфавит Ангелины Уэльской

Алфавит Саши Варламова 

Алфавит Юрия Зиссера

Алфавит Сати Спиваковой

Алфавит Ники Сандрос

Алфавит Светы Бень

Алфавит Анны Бонд

Алфавит Ильи Лагутенко 

Алфавит Владимира Цеслера

Алфавит Мелиты Станюты

Алфавит Дениса Дудинского 

Алфавит Александра Куллинковича

Алфавит Максима Поташева 

Like
Like Love Haha Wow Sad Angry