книги

Все это фатализм

Читать книги о судьбе человека – все равно что смотреть драматические фильмы. Лицезреть местами грустно, но любопытство толкает примерить участь и на себя. А потом выдохнуть, улыбнуться и произнести: «Как хорошо, что это было не со мной». Вот и сейчас у нас в рубрике четыре разных автора из совершенно разных эпох, но объединенных темой погружения в глубины собственного эго.

496px-Youri_Norstein_1_(FdI_2012) copy

Юрий Норштейн

Настольная книга мультипликатора Юрия Норштейна

хаджи-мурат copyЛев Толстой «Хаджи-Мурат»

Норштейн так характеризует эту очень-то известную повесть классика русской литературы: «Это книга о невозможности соединить простые человеческие ценности – семья, жена, дети, древняя песня – с жаждой личной власти и жизнью под какой-либо властью. Но когда не остается никакой надежды, есть выбор достойной и героической смерти».

Сама книга проста, как арена политических противостояний. Точно так же, как политики дают простые и понятные обещания, Толстой просто и понятно рассказывает историю чеченского воина, перешедшего на сторону Российской империи. Однако покоя этот поступок ему не принес: военные продолжают кампанию, царь Николай I – самовлюбленный тиран, а главному герою придется решить: помочь своей семье или погибнуть. Но этот выбор фатален и весьма условен, потому что и первый, и второй вариант ведут исключительно к смерти. Добавить можно только то, что сам Толстой проходил военную службу на Кавказе, поэтому прекрасно знал, о чем пишет.

 Новинка

нежность к мертвым copyИлья Данишевский «Нежность к мертвым»

Произведение, которое начинается как готический роман, пронизанный несколькими сюжетами сразу, растворенными в мрачной трудноусваиваемой субстанции. Несмотря на последующий сюрреализм и сумбур происходящего, красной нитью через всю книгу проходит тема глубочайшей депрессии. Вместе с ней – любовь и отчаяние. Главный плюс книги – богатый метафорами язык и великолепный художественный слог. Единственный минус – местами от погружения в текст ощущаешь себя плохо физически и морально. Скорее всего, в пик увлечения «Нежностью к мертвым» захочется прочитать Пруста или Джойса. Не столько для разгрузки, сколько для аналогии и понимания многогранности «воли к жизни».

 Классика

голем copyГустав Майринк «Голем»

Так уж вышло, что «Голем» стал дебютной книгой писателя и самой популярной. За что любим? В первую очередь это памятник литературы экспрессионизма. Также «Голем» сильно повлиял на киноиндустрию: практически все штампы современного хоррора заимствованы из него. Да и вообще: для своего времени книга смелая и нужная. И если зашел разговор про Европу первой половины ХХ века, то «Голем» подойдет в качестве иллюстрации духа времени как нельзя кстати.

 

Made in Belarus

марута copyРудольф Фадеев «Марута»

Дебютная и, по всей видимости, единственная повесть автора. В последнее верится с трудом, потому что написана она мастерски и обыгрывает тему наркотической зависимости. «Марута» от своих художественных аналогов отличается грустным лиризмом и холодной красотой. А также отсутствием сцен, которые можно квалифицировать как «пошлые» или «нецензурные». В каком-то смысле это путешествие без конца и начала, напоминающее поэму. К тому же отчаянная попытка вырваться из цепких лап зависимости, кочующей вместе с героем по городам и странам.

 

Подготовил Андрей Диченко