img_9977-copy

Модный эксгибиционизм

Мне всегда хочется написать о чем-то эдаком, экстремальном, что называется «на грани». Вот я и додумалась до ерзающего, щекотливого мотива наготы, который нередко можно встретить и на подиуме.

Сначала – факты…

2015-й – щедрый год: показы Jacquemus, Acne и Saint Laurent изобиловали обнаженными женскими грудями, а Lemaire дополнили коллекцию аксессуарами в форме женских молочных желез. Команда Sibling, выпустив на подиум девушек-моделей в пышных юбках и оголенных сверху, заклеила им соски черной лентой крест-накрест. Дизайнер Ирена Люфт открыла взору рафинированной публики женское тело во всех его деталях, прикрыв лишь нарядами из прозрачной ткани. А дизайнер Рик Оуэнс предложил лицезреть мужскую оголенную плоть, продемонстрировав одежду с прорезями на причинных местах.

Но самая, пожалуй, шокирующая, эпатажная и до сих пор обсуждаемая на просторах Всемирной паутины демонстрация модного эксгибиционизма произошла десятью годами ранее – в 2005-м в Мадриде. Тогда состоялся показ коллекции женских сумок, которую изящно презентовали абсолютно голые мужчины-модели.

А теперь – эмоции…

С одной стороны, следует отдать должное безграничной дизайнерской фантазии, использующей обнаженное мужское тело как способ обратить внимание на свой бренд. Ведь демонстрация голой мужской плоти шокирует больше, чем обнаженная женщина на подиуме.

Неожиданное столкновение с подобным модным эксгибиционизмом является потрясением для зрителя, который, в свою очередь, выдаст рефлексию. А это, как мы все осведомлены, приводит к реакции общественности, которая однозначно будет. И если дизайнер хорошо знает свою целевую аудиторию, то он получит желаемый эффект безоговорочного «да».

Подогреют общественное мнение и радикальные феминистки, которые также могут присоединиться к потрясенным зрителям и рассматривать подобный модный показ как один из видов сексуального насилия над женской аудиторией. А феминистки нынче «в моде», как мы знаем по нашумевшей рекламе бренда Mark Formelle.

И если возвращаться к фактам, то, например, в модном мадридском «спектакле» я как искусствовед вижу распад художественного целого. Согласитесь, ну кто будет смотреть на эти женские сумки, когда они находятся с причинным местом в одном поле зрения?

Отсюда и мораль: полное подчинение зрелища режиссерской (читай: дизайнерской) партитуре сопровождается утратой этим зрелищем своих эстетических качеств.

Да и кроме всего прочего, можно дождаться специфических физиологических реакций от зрителя (и от участников), привнесенных в зал из внешнего мира, поскольку зритель – далеко не пассивный отражатель происходящего на подиуме.

Site is using the Seo Wizard plugin by http://seo.uk.net/