img_1296_0-1

Мария Бершадская: «Новогоднее чудо – это когда люди, которых мы любим, рядом»

Интервью с Марией Бершадской, автором серии книг «Большая маленькая девочка», в прошлом сценаристом любимой многими программы «Улицы Сезам», мамой троих детей, было назначено в серый ноябрьский день. И хотя за окном не падали крупными хлопьями белые снежинки и город еще не украсили яркой новогодней иллюминацией, в нашем рождественско-новогоднем интервью царила атмосфера праздника, волшебства и чудес. 

– Мария, понимаю, что не совсем вовремя, но, может, вы уже начали готовиться к Новому году?

– Я, конечно, люблю праздники, но до Нового года все-таки еще далеко. Сейчас я больше думаю о поездке в Москву на «Нон-фикшн-2015», где будет презентация одиннадцатой книги из серии «Большая маленькая девочка». Я еду туда уже в третий раз – и все равно немного волнуюсь. Вообще на таких мероприятиях всегда столько интересного! Очень жаль, что нет возможности увидеть и услышать все, что хочется, потому что я приезжаю работать и у меня по две, а то и по три встречи с детьми – и все это в один день. Недавно я вернулась с замечательной ярмарки книжной культуры в Красноярске, она называется «КРЯКК». Так вот, там я словила себя на мысли, что мне не хватает маховика времени Джоан Роулинг. Вот бы такую полезную штуку вручали всем приезжающим писателям вместе с программой мероприятий, блокнотом и ручкой. Было бы здорово! Сейчас я дописываю двенадцатую историю про Женю, и, если честно, мне хочется, чтобы время хоть чуть-чуть растянулось – чтобы успеть все закончить до конца месяца.

– А о чем будут последние книги?

– Чем закончится серия, не скажу – даже не надейтесь. Название двенадцатой истории такое: «Осторожно! День рождения». А дальше – гадайте и мучайтесь, в чем там дело. (Улыбается.) Одиннадцатая книжка появилась в конце ноября. Называется она «Джинсы в горошек». А еще у нее есть своя музыка – это песня «Пакетики», ее поет моя любимая группа – кабаре-бэнд «Серебряная свадьба». В книжке песню поет, конечно, не Бенька, а уличные музыканты, и для меня в этой мелодии – настроение книжки, такая холодная весна, с пронизывающим ветром, когда и радостно, и печально одновременно. Если говорить о чем эта история… Наверное, о предательстве. И еще – о любви. Конечно же, будет много смешных приключений – без этого никак. И еще я наконец-то раскрою секрет, почему Мишка не любит, когда его называют Мишка-горошек.

– Можно сказать, что необычно высокий рост вашей героини – это не главная тема книг про большую маленькую девочку?

– Понимаете, это – первое, что приходит в голову. Да, можно было пользоваться ее ростом как двигателем для всех приключений, закручивать сюжет вокруг ее необычности, инаковости. Но я сознательно от этого уходила. Для меня важнее было говорить о том, что мы все – немножко великаны, все мы – странные, не похожие друг на друга. И при этом у нас так много общего… Все, что происходит с Женей, может происходить с любым другим ребенком любого роста. С каждым. И мне хочется, чтобы дети в какой-то момент вообще забывали, что читают историю про девочку, которая выше самого высокого в мире баскетболиста.

книги-бершадской

– Ваша седьмая книга « Грустный радостный праздник» как раз про Новый год. И при этом в ней затронута совсем не праздничная тема…

– Ну да, это история о том, как дети переживают смерть близкого человека. Но я не скажу, что это исключительно грустная книга, которую надо читать с запасом носовых платков. В ней, как и в остальных книжках, – много веселых моментов. Мне хотелось показать, что человеку, который уходит, тоже нужен праздник. Быть рядом – это не только вместе плакать, но и вместе смеяться. Есть еще одна очень важная для меня вещь… Считается, что существуют недетские темы, о которых лучше с ребенком вообще не говорить. Обходить их, как скрипучую половицу. Но если взрослые молчат – ребенок остается наедине со своими страхами, со своими вопросами. Получается, оберегая – мы просто учим его скрывать свои чувства. А книга – она может стать пространством для встречи, поводом для разговора. Только вы не думайте, что каждая моя книжка наполнена проблемами. Конечно нет! С Женей происходят самые разные истории, и часто – просто веселые, смешные, я бы даже сказала – немножко сумасшедшие. Такие легкие – как пузырьки от минералки.

– Мария, а какая книга у вас ассоциируется с Новым годом?

– Я много читаю и взрослых книг, но первыми вспоминаются все-таки детские книжки. Новый год – это книги моей любимой Астрид Линдгрен. И конечно, «Правдивая история Деда Мороза» Андрея Жвалевского и Евгении Пастернак. Я ее очень люблю. Она и для детей, и для взрослых.

– Как принято отмечать Новый год или Рождество в вашей семье?

– Мы празднуем и Новый год, и Рождество, но по-разному. На Новый год мы по традиции делаем семейную газету. Совсем недавно моя замечательная свекровь, она художник и иллюстратор детских книг, нашла газету, которую делали в их семье в начале 50-х годов. И там нарисованы все, в том числе и она, еще маленькая, на саночках. Когда дети были маленькими и еще были живы наши замечательные прабабушки и дедушка, мы собирались все вместе. Вспоминали прошедший год, что-то придумывали, играли в настольные игры, к нам приходил Дед Мороз… Это было здорово! Сейчас моему старшему сыну уже восемнадцать с половиной лет, и в последнее время он празднует Новый год со своими друзьями. В прошлом году откололась наша средняя девица – тоже удрала к братцу. Только младшая, десятилетняя, пока никуда не просится и охотно уезжает с нами за город – к нашим друзьям. Конечно, немного грустно, что старшие встречают праздник без нас. Но, с другой стороны, это естественный ход вещей. Надеюсь, когда у них появятся свои семьи и дети, мы снова будем собираться большой разновозрастной компанией у нас дома.

semja

Я думаю, что за традиции не нужно держаться. Еще пару лет назад я бы так не сказала, мне казалось, что это что-то незыблемое. Но ведь когда наши дети растут, мы их не впихиваем в любимую одежду, если видим, что она стала мала. Лучше ее отложить и поискать что-то новое. Не стоит дошивать «рукава и штанишки» – все равно будет где-то жать. Семья – живой организм, и традиции, даже самые замечательные, не должны становиться жесткими рамками.

Раньше, когда старшие дети были совсем маленькими, мы дома на Новый год елку не ставили. 31 декабря мы отправлялись в гости к родителям мужа, там собиралась вся семья и, конечно, были все атрибуты праздника. Тогда мне хотелось, чтобы елка появлялась у нас именно к Рождеству, чтобы оно стало для детей главным праздником. Но потом они подросли, и я почувствовала, что им немного грустно – везде красота, а у нас ничего не украшено. И я поняла: нужно что-то менять, Так у нас появились две елки: новогодняя и рождественская, и для каждой – свои игрушки.

На новогодней елке висят игрушки, которые достались мне от мамы. Там даже есть несколько довоенных игрушек, которые увозил в эвакуацию мой папа. Они из тончайшего стекла, очень хрупкие, и я их берегу. Мы разворачиваем бумагу – и как будто встречаемся со старыми знакомыми, вспоминаем их истории. Вот, например, прекрасный гусь, которого моей маме подарил ее дедушка. Моя мама родилась и выросла в Эстонии. Под Новый год ее отец очень сильно болел и лежал в госпитале. 31 декабря моя молоденькая бабушка вместе с трехлетней дочкой (моей мамой) отправилась его навестить, а по дороге они купили елку. Конечно, с елкой их в госпиталь не пустили, поэтому ее оставили на санках у входа. Вернулись – а елки нет. Мама ужасно расстроилась, ревела всю дорогу, а, подъезжая к дому, прибавила громкости. Дело в том, что дедушка невероятно ее любил, – и стоило ей всхлипнуть, он сразу спрашивал строгим голосом: «Почему ребенок плачет?» Мол, кто обидел девочку. Ну, девочка, конечно, этим периодически пользовалась. Но тогда это было настоящее горе. И дедушка сказал: «Не плачь, у тебя будет самая большая елка!» И правда, он помчался и добыл огромную елку. А к ней купил елочные игрушки, естественно – с рук, не в магазине. Это были еще довоенные игрушки, немецкие. Мамина семья жила небогато, война закончилась несколько лет назад – не до роскоши было. А тут – елочные игрушки, ну явно это не вещи первой необходимости. Говорят, дедушкина жена, моя строгая прабабка Рахиль, отругала его за транжирство. Но мы всегда улыбаемся, глядя на блестящий самовар, на кофейник с таким тонким носиком, что даже смотреть страшно, на желтого гуся. Такая вот совершенно непедагогичная волшебная история.

– Какой самый невероятный подарок вы получали?

– Так получилось, что у меня день рождения за несколько дней до Нового года. В детстве для меня это было большим горем: буквально за одну неделю все праздники кончались, и вот впереди – огромный, совершенно бесподарочный год. Хотя на самом деле в жизни у меня было очень много приятных подарков, и не только по каким-то поводам. Ведь сами люди могут быть подарками. Чудесный подарок на день рождения сделал когда-то мой муж. Мы учились в Москве, во ВГИКе, и ехали на праздники домой. И вот рано утром, в поезде, он подарил мне бусы из речного жемчуга. Но самое главное было даже не украшение, а то, что он сшил для него мешочек из черного бархата. Сам! Своими руками! И даже вышил на нем букву «М» – первую букву моего имени. Для меня это было что-то невероятное. Я этот мешочек храню до сих пор. А несколько лет назад средняя дочка подарила мне фотоальбом с нашими фотографиями. У меня с архивами – вечный бардак, все снимки в коробках. Короче, позор. И она взяла карманные деньги и купила очень красивый альбом, выбрала фотографии. Было очень приятно. На самом деле, когда есть дети, без подарков точно не останешься.

– Какой самый невероятный подарок вы дарили сами?

– Если невероятный не означает «какой-то особенно прекрасный», то, пожалуй, это был еж. Это наш семейный тотемный зверь, и я решила сшить его для мужа. Надо сказать, я не самый рукодельный человек… Хотя, ладно, чего уж скрывать, я вообще не умею шить. Совсем. Но любовь вдохновляет людей на самые безумные поступки. Меня она вдохновила на ежа. Только он вышел каким-то странным. Почему-то нос у него свесился вниз, как хобот у слона. Но и такого неправильного, унылого ежа мы очень любили. Он ездил с нами по Москве из квартиры в квартиру, но, к сожалению, заблудился в дороге. А потом мы вернулись с Минск, и у нас родились дети… Однажды наша младшая дочка услышала эту трагическую историю – и к годовщине нашей свадьбы в «Галерее Ў» купила деревянного ежа. Так, сквозь время и пространство, к нам вернулся наш еж, но только слегка измененный. Деревянный и надежный еж. Надеюсь, теперь он не потеряется.

бершадская

– Ваша серия уже практически написана. Вы планируете писать дальше для детей или для взрослых тоже?

– Только для детей. Я совершенно не представляю, о чем я могу говорить с взрослыми. И даже стихи про любовь у меня пишутся детские. Вот, кстати, недавно в издательстве «РОСМЭН» вышла книжка стихотворений, она называется «Море, которого нет на карте», а проиллюстрировала ее Маша Якушина. У меня часто спрашивают, буду ли я продолжать серию про большую маленькую девочку. Писать о том, как Жене исполнилось девять или десять лет, я точно не буду. Но мне хочется вернуться к ней, когда ей будет 13. И написать уже в другом формате. Это не будет серия. Это будет повесть. Мне интересно, что станет со всеми героями, когда они войдут в подростковый возраст. Но пока хочется уйти в совсем другую историю. У меня, как у белки в дупле, уже есть припасы. Во-первых, я придумала книжку «Десять секретов» – это не книжка-картинка, но там многое будет завязано на иллюстрациях. И еще у меня есть повесть для подростков, продуманная уже очень подробно. Она должна называться «Часовые пояса». Главной героине 13 лет, она выросла в Израиле (там и начинается история), а потом мама срочно привозит ее в Москву. Это книга о взрослении, о том, что люди, которые кажутся нам чужими, при ближайшем рассмотрении оказываются своими – главное, захотеть это увидеть. Еще там будет такая сложная тема – терроризм. Не главная, но она там присутствует.

– А для детей помладше?

– Придумки есть, но пока нужно справиться с тем, о чем я вам нарассказывала. Еще очень хочется написать пьесу для кукольного театра. Наверное, по четвертой книге «Восемь с половиной крокодильских улыбок», там Женя идет в школу. Мне кажется, детям шести-семи лет не хватает историй про них самих. Фольклор, сказка в театре есть – а вот чтобы все происходило в самом обыкновенном городе и ситуации были обыденными, привычными… Это ведь тоже может быть интересно!

– Можно смело сказать, что спектакль про Женю, который поставил театр «Картонка», вам нравится.

– Конечно! Это абсолютное счастье! Я очень люблю Беньку и ее спектакли. Она невероятная – замечательный режиссер и очень кукольный человек, она удивительно тонко и точно чувствует и детей, и театр. А еще она лучший клоун, которого я видела. И клоун не в значении человека, который смешон. Такое сочетание грустного и смешного, трогательно высокого и нелепого… И все это пробирает тебя от макушки до пяток… Бенька прекрасная. И все, что она делает, – тоже. Кстати, мы тут говорим о подарках. То, что нашлась замечательная художница Саша Ивойлова, которая проиллюстрировала мои книжки, и театр «Картонка» вместе с Бенькой, сделавшие спектакль, и люди, с которыми я работаю в издательстве «КомпасГид», – это ведь все подарки, совершенно бесценные!

– Ваше новогоднее чудо?..

– Знаете, для сегодняшней меня самое большое чудо – когда люди, которых мы любим, рядом. Это огромный дар, потому что жизнь… она ведь такая хрупкая. И все эти привычные, простые вещи: выкипающий суп, дети, которые прибегают со своими проблемами, телефонный звонок, когда мама мне хочет срочно что-то сказать, эсэмэска от мужа, на которую тоже срочно нужно ответить, недописанная книжка – все это счастье. Главное, не забывать об этом! А хотите, я вам стишок подарю? Зимний.

Птицы на ветках дремлют.

Небо летит на землю.

Падает с высоты,

сыплется на кусты,

кружится над мостами,

прячется под ногами…

Медленно, как во сне,

падают на ладошку

неба хлебные крошки –

можно лизнуть… немножко.

Здравствуй, мой первый снег!

Беседовала Анна Макота.