7сайт

Алфавит Владимира Цеслера

Владимир Цеслер – личность неординарная. Поэтому в привычном формате редакторская рубрика «Алфавит» в этом номере не вышла. Скорее, мыслеобразы художника по мотивам русского кириллического алфавита. 

«Битлз». Это полжизни. «Битлз» сформировали мою личностью. И не только мою. Я бы сказал, что в СССР их музыка сформировала людей. Есть время до «Битлз» и после «Битлз». После них мы живем, до них мы ничего не знали.

Вселенная. Все. Весь мир. В – это очень теплая буква, что-то связанное с добром. Вильнюс, Варшава. Я очень люблю Вильнюс. Мне нравится его неубранность, его памятники, гуманное отношение к городу. Вильнюс – один из самых удивительных городов на постсоветском пространстве. Порой, я думаю, отсутствие денег – это то счастливое обстоятельство, которое позволяет не испортить его.

Город. Вся моя жизнь связана с городом. А хотелось бы, наверное, жить в деревне. Сейчас идет замещение: деревенские жители едут в город, а городская публика – в деревню. Потому что в деревне легче сохранить себя. Город для меня – это никакая не комфортная среда, это – данная среда.

Жар-птица. Жар-пища. Ж – это золотистая буква. Рожь, жнивье, жареное. Один человек хотел в Москве открыть сеть кафе с драниками, я предложил название «Жар-пища». А еще с буквой Ж у меня такая история связана. До армии мне довелось работать в Доме офицеров, там я встретил солдата, который сказал, что он из Новороссийска и зовут его Жора. Редкое имя у нас. Я спросил: «И что?» А он отвечает: «В Новороссийске, по-моему, каждый третий Жора». Чуть позже, когда я попал в армию, другой солдат обмолвился, что он из Новороссийска, а я спрашиваю: «Жора, что ли?» Он удивленно: «Да-а-а». Целый анекдот.

Лень. Расслабление. Л – очень мягкая буква. Человек всегда стремится к благополучию, комфорту. А мне в принципе очень сложно не работать. Я даже во сне думаю о работе. Расскажу сон. Снится человек, я пытаюсь с ним общаться и понимаю, что он находится рядом, но как будто за стеклом. Он меня не видит. И до меня доходит, что он находится на другом слое… Это был фотошопный сон, потому что в фотошопе все работает на слоях.

Минск. Раньше я как-то переживал по поводу внешнего вида города. Что-то предлагал. Теперь устаканилось. Людям нравится – и хорошо. Больше нет ничего, за что у меня в Минске болела бы душа. Понимаешь, пришел один дизайнер утверждать входную группу. А там, в этом месте, где ставят подписи и печати, сидит какая-то женщина. И не подписывает, потому что ей это не нравится. И все. Подходит городу, не подходит, образование и прочее – ничего не важно. Поэтому за город я уже давно не переживаю. А похорошел Минск скорее не благодаря, а вопреки.

П – это ворота в рай. Парадиз. Художнику мыслить проще образами… У меня была такая история. В Киеве есть Джазовое радио. И меня пригласили на один вечер в эфир. Ведущий предложил меня протестировать как художника. Есть шведский джазовый композитор, который называет свои мелодии цветами, и ведущий радио предложил мне послушать и угадать, каким цветом названа композиция. Я угадал почти все! Даже охру! Прокололся на черном, потому что черный – это все цвета в одном.

Т – тяжелая буква. Это и распятие, и труд. Если ты занимаешься любимым делом, то это не труд. Если работать только ради денег, то это тяжелый труд.

Ы – это мЫ, то есть вторая часть нас всех.

Э – из СССР к нам пришло такое обращение друг к другу: «Э». Оно все заменило: искусство, литературу… пустая буква.

Ямполь. Деревня рядом с тем местом, где я рос. Все детство слышал о ней, но никогда там не был. Я вообще не очень люблю путешествовать. Есть только две страны, которые я с удовольствием посетил бы: Норвегия и Монголия. Это потрясающие по энергетике страны. Я всех расспрашивал, кто там был, и точно знаю: в этих странах существует какой-то особенный столп энергии. Творчество – это ведь тоже выход энергии. Когда ее много, нужно что-то создавать, творить.

Беседовала Мария Столярова

Алфавит Мелиты Станюты

Алфавит Дениса Дудинского 

Алфавит Александра Куллинковича

Алфавит Максима Поташева