Эмили

«Мудрая невинность» Эмили Уотсон

На встрече в Нью-Йорке с британской актрисой Эмили Уотсон, исполнившей роль Ульяны Хомюк в телевизионном мини-сериале канала HBO «Чернобыль», мы говорили о сложностях передачи на экране драматических событий реальной катастрофы, а также о том, насколько понимание этих событий важно сегодня для всех людей.

emily-watson

Сейчас уже трудно поверить, что главную роль в знаменитом французском фильме «Амели» должна была сыграть не Одри Тоту, а Эмили Уотсон. Британская актриса отказалась от предложения из-за того, что главная героиня должна была говорить на французском. Эмили посчитала, что она недостаточно хорошо владеет этим языком, хотя Жан-Пьер Жене задумывал свой фильм именно для нее. Французский режиссер был поражен способностью этой актрисы создавать на экране образы, обладающие, как он сам выразился, «мудрой невинностью». Именно такой была героиня Эмили Уотсон по имени Бесс в фильме «Рассекая волны», в котором актриса снялась со Стелланом Скарсгардом в 1996 году. Созданная ею на экране героиня была настолько наивна, что окружающие воспринимали ее как большого ребенка. Бесс не побоялась ради любви пойти на унижения, даже когда люди, неспособные ее понять, отворачивались от нее. Режиссер Ларс фон Триер получил тогда за этот фильм Гран-при жюри на Каннском кинофестивале, а Европейская киноакадемия вручила самой Эмили Уотсон приз за лучшую женскую роль.

И вот спустя 23 года Эмили Уотсон и Стеллан Скарсгард вновь встретились на съемочной площадке. На этот раз не у культового датского кинорежиссера, а на съемках телесериала, сценарий для которого написал американец Крейг Мазин. Он, к слову, – автор сценариев для таких кинокомедий, как вторая и третья часть «Мальчишника» и «Поймай толстуху, если сможешь».

Проект  «Чернобыль»

Когда Крейг в 2015 году пришел на телеканал HBO со своим новым проектом для мини-сериала о катастрофе на Чернобыльской АЭС, руководство выразило удивление по поводу его интереса к такой серьезной теме. Но сам писатель справедливо говорит, что комедия и драма – две стороны одного и того же. И даже приводит в пример тот факт, что если смотреть на бурно реагирующего человека со спины, то невозможно понять, смеется он или плачет.

В апреле 1986 года Крейгу Мазину было 15 лет, но он навсегда запомнил то чувство сопереживания, которое испытал к пострадавшим при аварии в Чернобыле. Он хорошо представлял себе, какой ужас испытываешь от потери, вызванной внезапным взрывом, ведь всего за три месяца до чернобыльской аварии американское общество испытало настоящий шок национального масштаба от взрыва при запуске космического шаттла «Челенджер». Много лет спустя Крейг задался вопросом: что же все-таки послужило причиной катастрофы в Чернобыле? Своим многолетним расследованием он захотел напомнить миру не только о той страшной трагедии, но и о людях, которые героически пожертвовали своим здоровьем, а порой и жизнью, спасая человечество от еще большей катастрофы. Именно с такой целью Крейг Мазин занялся созданием проекта «Чернобыль».

2f7225f7f1f7b830e9c87bfe3b7160c7

Наряду с реальными людьми, ставшими главными героями его истории, сценарист создал вымышленный женский персонаж Ульяну Хомюк, которую и сыграла Эмили Уотсон. Формально Хомюк – ученая, одна из первых заметившая повышение радиационного фона благодаря замерам в белорусском научно-исследовательском институте. И хотя институт, в котором она работает, находится более чем в сотне километров от источника заражения, Ульяна понимает, что причину надо искать на Чернобыльской АЭС. Ее героиня не случайно проживает в Беларуси, ведь именно туда ветер погнал радиационное облако. И именно эта страна понесла самые большие потери от аварии за пределами непосредственной зоны катастрофы. Образ Ульяны стал собирательным образом всех ученых, принимавших участие в расследовании причин аварии и рассмотрении возможных сценариев развития событий после нее. Кроме того, Ульяна Хомюк – олицетворение совести самого академика Легасова, оказавшегося перед непростым выбором: рассказать мировой общественности о настоящих причинах и масштабе трагедии на выступлении экспертов МАГАТЭ в Вене или, последовав рекомендациям КГБ, приложить все усилия для сокрытия от общественности фактов, чтобы не запятнать имидж Советского Союза.

Наше интервью с актрисой состоялось в нью-йоркском отеле The Beekman на следующий день после встречи создателей телесериала и исполнителей главных ролей с членами ООН, приуроченной ко дню памяти и 33-й годовщине аварии на Чернобыльской АЭС. И хотя к тому времени сериал успели посмотреть лишь считаные зрители, уже тогда мало кто сомневался, что он станет событием в мире. Как оказалось впоследствии, реальность превзошла ожидания не только критиков, но и самих создателей. Рейтинг сериала на крупнейшей в мире базе фильмов IMDb достиг 97%, даже обогнав при этом другой культовый сериал HBO «Игра престолов». «Чернобыль» стал поистине международным проектом, в нем принимали участие британцы, шведы, датчане, немцы, французы, финны, литовцы, латвийцы, эстонцы, исландцы, украинцы, белорусы и русские. Кстати, среди создателей было лишь два американца: сценарист Крейг Мазин и продюсер Кэролин Штраусс. Несмотря на художественность сюжета, которая не предполагает документальной точности, одним из важных достоинств «Чернобыля» считают достоверность отображения событий и проявленное уважение к людям, которым пришлось пережить одну из самых тяжелых трагедий современности.

Читателям «Города женщин» Эмили Уотсон рассказала о том, как она готовилась к съемкам, какой «кусочек белорусской истории» помог актрисе оставаться внутренне твердой и непоколебимой и над чем она смеялась во время съемочного процесса.

kinopoisk

– Вы помните, где вас застала весть об аварии на Чернобыльской АЭС?

– В то время я была студенткой университета в Бристоле. Уже тогда я была в курсе, что подача новостей на Западе и в Советском Союзе значительно отличается из-за холодной войны. А так как несколько наших студентов учились в Киеве по программе обмена, мы не могли не беспокоиться по поводу их безопасности. Конечно, нам в Англии разъясняли, что некоторые продукты лучше не употреблять в пищу. Знаете, я всегда воспринимала аварию в Чернобыле как событие, уже ушедшее в историю. Но вот как раз вчера, на встрече в ООН, до меня вдруг дошло, что теперь, когда я знаю намного больше об этом событии, понимаю: мы все еще живем с его последствиями, и оно далеко не в прошлом. Еще в течение 25 тысяч лет те места будут небезопасными для жизни людей! А саркофаг, защищающий четвертый реактор, рассчитан лишь на следующие 100 лет. На встрече мы разговаривали с великолепными людьми, которые помогают пострадавшим от этой жуткой аварии. Например, я познакомилась с ирландкой по имени Эди Роуч, которая является исполнительным директором благотворительного фонда «Проект помощи детям Чернобыля». Она до сих пор лично посещает белорусские города и села, для того чтобы оказывать прямую помощь живущим там детям.

– Образ вашей героини в телесериале является собирательным. От чего именно вы отталкивались при работе над его созданием?

– Прежде всего я основывалась на том, что моя героиня родом из Беларуси. И ее детство наверняка прошло во времена, когда страна заживляла раны, полученные во время Второй мировой войны. Любой человек, который начнет изучать историю Беларуси, довольно быстро поймет, что именно белорусский народ больше всего пострадал в этой страшной войне. Людей там сжигали, убивали, вывозили поездами в Германию, бомбили города… И те, кто выжил, как мне представляется, не могли не закалиться. Такие люди должны были быть тверже стали. Кроме того, чтобы не только вырасти в таком авторитарном государстве, как Советский Союз, но и сделать там успешную карьеру, необходимо было уметь держать язык за зубами. Для меня, как актрисы, чья профессиональная деятельность предполагает сопереживание своим героям и открытость миру, было чрезвычайно интересно примерить на себя совершенно противоположный образ. Мне пришлось искать в себе твердость и сместить внутренний центр тяжести, оборвав потребность постоянного общения с окружающим миром. А главное, мне невероятно импонировало, что моя героиня находится в поисках правды. Ведь наука и есть правда, она не выдерживает всякой собачьей чуши, в отличие от политики.

chernobyl-emily-watson-02

– У вас хорошо это получилось. Готовясь к роли, вы и вправду изучали историю Беларуси?

– В процессе подготовки к съемкам нам предоставили очень много материалов, в том числе книг по истории самой аварии. Одна из них – «Чернобыльская молитва. Хроника будущего» Светланы Алексеевич, которая является неким духовным трактатом, книгой, у которой есть сердце и душа. Но кроме того, я тоже постаралась изучить историю Беларуси. Поэтому перед началом репетиций попросила отдел реквизита найти лично для меня вещицу, которая напоминала бы мне о героизме и стойкости белорусского народа. И они нашли памятную медаль по случаю годовщины освобождения Бреста. Это был тот кусочек истории, который я держала в руках и который помогал мне оставаться внутренне твердой и непоколебимой в борьбе за правду.

– Когда вы изучали материалы по истории самой аварии, что на вас произвело особое впечатление?

– Пожалуй, больше всего меня поразило, что государство скрывало факт о несовершенстве самого дизайна Чернобыльской АЭС. По сути, это было государственной тайной. Операторы, проводившие в ту ночь эксперимент на четвертом энергоблоке, не знали об этом. Для государства было важнее защитить собственную репутацию, чем жизнь на планете. Трудно себе представить, но это – особенности всего нашего людского рода. Это есть внутри нас всех. Мы все до сих пор уничтожаем нашу окружающую среду и, как страусы, прячем головы в песок, не желая думать о том, что нас всех ожидает в будущем. Даже в моей стране полным-полно «экспертов», утверждающих, что Земля – плоская. И у них достаточно поддержки.

CHER_105_050318_LD_00162

– То есть мы обречены?

– Мы обязаны найти выход. История, рассказанная в нашем сериале, лишний раз подтверждает: если мы не возьмемся за ум, то можем оказаться перед лицом следующей катастрофы. Ученые уже сейчас говорят, что к 2030 году мы достигнем точки невозврата, после которой будет невозможно повернуть вспять процессы, ведущие к катастрофическому изменению окружающей среды. И никто ничего не делает по этому поводу. Пока лишь шведская девочка по имени Грета Тунберг призывает всех к так называемому соборному мышлению. Пожар в Нотр-Даме показал, насколько эффективны совместные действия для решения задачи, в которой заинтересованы все. Если у вас есть дети, то первое, о чем вы задумываетесь, сколько им будет лет в 2030 году.

– А сколько лет вашим детям сейчас?

– Моему сыну 10, а дочери 13 лет.

– Как вам удается совмещать свою профессиональную деятельность с семейной жизнью?

– С тех пор как у нас появились дети, я стала меньше сниматься. Особенно сейчас, когда моей старшей дочке исполнилось 13 лет, понимаю, насколько важно мое присутствие дома. Стараюсь тщательно отбирать проекты.

– По какому принципу вы их отбираете?

– Когда я была моложе, то хотела работать лишь с определенными режиссерами или сценариями. Но с годами мой выбор стал обосновываться более практичными вещами. Я стараюсь не уезжать далеко и надолго из дома. Пока мне везет. Несмотря на такие ограничения, у меня достаточно интересных предложений.

chernobyl-jared-harris-emily-watson-stellan-skarsgard

– В «Чернобыле» вам довелось вновь сниматься со Стелланом Скарсгардом. Он рассказывал, что из-за тяжелой темы самого сериала и стресса, в котором вам приходилось подолгу находиться, вы с ним часто шутили в перерывах между съемками просто для того, чтобы расслабиться и отвлечься.

– Да, хотя это и глупо звучит. Но это правда. Когда постоянно находишься в тонусе, чувствуешь себя почти как атлет, который отдает все свои силы на борьбу с сильным соперником. В этот момент ощущаешь такой подъем, что энергия льется через край. Мы и правда много смеялись со Стелланом. Сцену, в которой наши герои встречаются для тайного разговора в здании школы, снимали в Вильнюсе. И как раз в это время там была сильная жара. Но по сюжету нам пришлось сниматься в зимней одежде. Поэтому в этой сцене на мне под шубой почти ничего не было. Конечно, мы смеялись по этому поводу.

–Думаете ли вы сниматься с ним еще? 

– Со Стелланом? Почему бы и нет. Бог любит троицу. Да, конечно, я только за.

Emily_Watson042719_32

Текст: Лена Бассе, специально для «Города женщин» из Лос-Анджелеса